Почетный профессор международного права Принстонского университета и бывший специальный докладчик Совета ООН по правам человека по ситуации на оккупированных палестинских территориях Ричард Фолк специально для «Анадолу» написал аналитическую статью о структурных причинах неспособности ООН остановить геноцид в Газе, о превосходстве Палестины в войне за легитимность и о роли ООН в формировании мирового общественного мнения
***
Во всем мире широко распространено мнение, что неспособность Организации Объединенных Наций на протяжении почти двух лет остановить геноцид в Газе превратила ее в международном масштабе в разочаровывающего и фактически бессильного игрока, когда речь идет о предотвращении войн или обеспечении глобальной безопасности. ООН может выступать с заявлениями и осуждениями, однако ее единственный орган, обладающий правом применения санкций — Совет Безопасности — оказывается парализованным в случае наложения вето хотя бы одним из пяти постоянных членов. Эта серьезная критика справедлива лишь отчасти, но в таком виде она крайне вводит в заблуждение.
Привилегии пяти постоянных членов: проблемный порядок с 1945 года
Часто упускается из виду тот факт, что ООН с самого начала создавалась с учетом приоритетов держав-победительниц во Второй мировой войне, прежде всего Соединенных Штатов. Поэтому ее неспособность предотвратить трагедию в Газе, учитывая нынешнюю структуру организации, неудивительна. Привилегии, предоставленные пяти постоянным членам, стали частью абсурдного, но укоренившегося порядка, освобождавшего сильнейшие государства — включая даже антифашистских союзников, которых рассматривали как будущих потенциальных соперников, — от обязательств в рамках ООН. Парадокс заключался в том, что именно государства, обладавшие наибольшим потенциалом дестабилизации мирового порядка, оказались освобождены от требований Устава ООН. В итоге изначальная концепция ООН сводилась либо к скромной задаче — ограничивать слабые государства, либо к высокомерному подходу — предоставлять сильным странам свободу формировать мировой порядок по собственному усмотрению. Подобно тому как мышей запирают в клетке, а львам дают возможность свободно бродить по джунглям.
И все же этот ограниченный конституционный порядок мог бы работать, если бы пять постоянных членов действительно внутренне приняли верховенство международного права или искренне взяли на себя обязательство, как гласит знаменитая формулировка Устава, «спасти будущие поколения от бедствия войны». Однако прошедшие восемь десятилетий показали, что внешняя политика великих держав определяется балансом сил, сдерживанием, союзами и стратегическими интересами. Такой подход соответствует доктрине «политического реализма», о которой писали еще античный историк Фукидид, в новое время Макиавелли и в наши дни Киссинджер. Отсутствие прогресса в области ядерного разоружения даже после Хиросимы стало самым наглядным свидетельством того, что политический реализм упрямо отвергает моральные и правовые ограничения.
Таким образом, глобальная безопасность и мир воспринимаются сквозь призму управления силой, очищенной от права и морали. Учитывая стратегические и идеологические связи с Израилем, можно было предсказать, что в случае участия постоянного члена или его союзника ООН окажется неспособной защитить народ, подвергающийся геноциду. Чтобы привести Устав ООН в соответствие с реальностями современной политики, необходимо ограничить право вето и наделить Генеральную Ассамблею, представляющую все 193 государства, полномочиями обеспечивать применение международного права и реагировать на преступления независимо от того, какими государствами они совершаются. Однако вероятность такой реформы невелика: пять постоянных членов и их союзники привержены политическому реализму и под влиянием военной промышленности игнорируют даже миролюбивые настроения собственных обществ.
Адаптивный потенциал ООН, выходящий за пределы ее структуры
Тем не менее было бы неверно утверждать, что ООН полностью бесполезна перед лицом грубейших нарушений права и морали. Организация сумела выработать творческие механизмы адаптации, усилив роль права и морали в вопросах глобальной безопасности. Это не означает, что ее политические органы или Международный суд ООН способны напрямую предотвращать войны, но они оказывают косвенное, но значительное влияние, формируя претензии сторон на легитимность и статус жертв. История показывает, что именно те, кто выигрывал «войну за легитимность», в конечном счете определяли политический исход, даже будучи военной стороной слабее. Так было в антиколониальных движениях 20 века и во время войны во Вьетнаме.
Решения Международного суда ООН и Генассамблеи, отражающие мнение мирового большинства, свидетельствуют: в борьбе за легитимность после 7 октября преимущество оказалось на стороне Палестины. Израиль же все больше воспринимается как «государство-изгой». Неясно, приведет ли эта тенденция к краху сионистского колониального проекта, как это произошло в ЮАР и Алжире, и сумеет ли палестинский народ выдержать сопротивление, чтобы из тени геноцида, затмившего небо Газы уже два года, родилось будущее, основанное на справедливости. Но если палестинцам удастся добиться успеха, то вместе с их стойкостью и солидарностью Глобального Юга свое заслуженное признание получит и сама ООН.
Роль гражданского общества, специальных докладчиков и правозащитных механизмов
ООН также косвенно, но существенно поддержала борьбу палестинцев. Так, Совет по правам человека через комиссии и специальные процедуры выявлял пробелы в сфере ответственности и противодействия соучастию, показывая несостоятельность Совбеза и Генассамблеи в предотвращении геноцида. Ответственность тем самым переходила к активным слоям мирового гражданского общества.
Особое значение имеют три доклада Специального докладчика по ситуации на оккупированных палестинских территориях Франчески Альбанезе, документирующие геноцидные действия Израиля. Эти материалы разоблачили беззаконие Израиля, поставили под сомнение аргументы его союзников и вскрыли самоцензуру западных СМИ. Стремясь снизить их воздействие, США 9 июля предприняли беспрецедентный шаг — ввели санкции против независимого эксперта ООН, не получающего зарплату, и заблокировали ее участие в сессиях Генассамблеи. Это не только нарушало соглашение о размещении штаб-квартиры ООН, запрещающее вмешательство в работу персонала, но и демонстрировало, насколько чувствительны США к любым критическим заявлениям ООН, касающимся Израиля.
Отказ в визах для палестинцев на сессии ООН
Попытки скрыть правду о Газе проявились и в санкциях против авторитетных палестинских НПО (Al-Haq, Центр прав человека «Аль-Мизан», Палестинский центр прав человека), а также в отказе США допустить в страну руководителей Палестинской администрации и обладателей палестинских виз для участия в юбилейных мероприятиях по случаю 80-летия ООН. Если бы Израиль выигрывал войну за легитимность, в подобных мерах не было бы необходимости. Преследование профессионалов, выполняющих свой долг, стало выражением разочарования, вызванного срывом более масштабных стратегических целей.
Нельзя не упомянуть и Ближневосточное агентство для помощи палестинцам и организации работ (БАПОР), которое десятилетиями играло ключевую роль в гуманитарной поддержке Газы. С 7 октября оно потеряло около 360 сотрудников в результате атак на свои объекты, но продолжало обеспечивать десятки тысяч жителей жильем, продуктами, водой, топливом, медикаментами, образованием и медицинской помощью. Однако в начале 2025 года Израиль, обвинив агентство в сотрудничестве с ХАМАС, вывел его из Газы, что фактически парализовало его деятельность. Препятствование оказанию гуманитарной помощи Международный суд квалифицировал как серьезное преступление против человечности.
Главный урок к 80-летию ООН заключается в следующем: если преступления совершают постоянные члены Совета Безопасности или их ближайшие союзники, у ООН нет конституционных полномочий остановить геноцид. Это очевидное нарушение прав палестинцев и вопиющий провал самой ООН. Однако это не означает, что ее роль полностью обнулена. ООН внесла весомый вклад в формирование глобального консенсуса, осуждающего действия Израиля, и пусть с опозданием, но сделала шаг к признанию солидарности с палестинской борьбой как легитимной.
Время для действий давно прошло, но если организация сможет реализовать это сейчас, то не утратит шанс восстановить свою репутацию, признав победу палестинцев. Путь к этому — формирование в рамках резолюции «Единство ради мира» Генассамблеей миротворческих сил ООН, уполномоченных вмешаться. Такой шаг, если он состоится, станет переломным моментом для самой организации, которая слишком долго оставалась безучастной к преступлениям Израиля в Газе.
[Ричард Фолк — почетный профессор международного права Принстонского университета, бывший специальный докладчик Совета ООН по правам человека по ситуации на оккупированных палестинских территориях]
Мнение, выраженное в данной статье, принадлежит автору и может не отражать редакционную политику «Анадолу».
