Корреспондент «Анадолу» побывал в поселении Орания, расположенном в Южно-Африканской Республике, где разрешено проживание исключительно белым африканерам. Орания, внешне напоминающая отдельное государство, вызывает ассоциации с расистскими практиками прошлого, но в то же время продвигается как легальная модель культурного самоуправления, в которой не используется труд чернокожего населения.
Расположенная в провинции Северный Кейп, Орания с одной стороны напоминает о расистских практиках в истории страны, а с другой — подается как правовая модель культурной автономии, где не эксплуатируется труд чернокожих.
Белое меньшинство, на которое в своей политике ранее обращал внимание Дональд Трамп и которое, по его словам, подвергается «преследованиям и геноциду» со стороны южноафриканских властей, составляет около 4,5 миллиона из общего населения ЮАР в 63 миллиона человек.
Белое население ЮАР, частью которого является и Илон Маск, происходит от европейцев, прибывших в регион в период колонизации Нидерландами и Британской империей. Большинство белых — африканеры, говорящие на языке африкаанс, происходят от голландских фермеров-буров и считают ЮАР своей родиной на протяжении более чем 350 лет.
До перехода к демократии в 1994 году белое меньшинство имело абсолютное господство во всех сферах жизни, а и после остается наиболее обеспеченной частью населения. По словам Трампа, он предпринял меры против ЮАР в защиту белых фермеров — около 40 тысяч семей, контролирующих 60% сельскохозяйственных земель, хотя среди них есть и малообеспеченные.
В Орании, где проживает около 3 тысяч человек — исключительно говорящих на африкаанс белых, проживание и работа для неафриканеров запрещены. Государственные органы сюда не допускаются. Это вызывает прямые ассоциации с режимом апартеида.
В то же время жители, имея конституционные гарантии, утверждают, что защищают свою культуру.
Как рассказал представитель местного самоуправления Йоост Стридон, у Орании есть свой флаг, валюта и даже национальный гимн: «Как указано в статье 235 Конституции ЮАР, культуры в стране имеют право на самосохранение и самоуправление. Кто-то должен был отстаивать это право — и мы начали этот процесс. Мы начали борьбу за свои права», — сказал он.
По словам Стридона, Орания представляет собой своего рода революцию против эксплуатации дешёвой чернокожей рабочей силы.
«Дешевый труд чернокожих в ЮАР — это то, что давно критиковалось основателями Орании. Мы предпочитаем всё делать сами. Будь то строительство, автомастерские, уборка туалетов — в Орании всё делают африканеры», - добавил он.
Говоря о взаимоотношениях с властями ЮАР, Стридон отметил: «Орания функционирует без единого цента со стороны государства на уровне муниципалитета. Все, что мы здесь построили, профинансировано нами самими, и это очень трудно, ведь подоходный налог мы по-прежнему платим государству».
Он также добавил, что инфраструктура, обычно обеспечиваемая государством, здесь организована силами местной администрации. «Например, безопасность. У нас очень хорошо отлаженная система безопасности — профессионалы, прошедшие подготовку и зарегистрированные в южноафриканских органах безопасности, работают в Орании и обслуживают более широкий круг населения. Также у нас есть собственная система здравоохранения, медицинский центр с хорошо обученным персоналом», - добавил он.
Половина электроэнергии Орании вырабатывается солнечными панелями, и, несмотря на численность в 3 тысячи человек, инфраструктура поселения рассчитана на 10–12 тысяч жителей в будущем.
«Это наш следующий шаг. Вы знаете, такие масштабы принесут с собой и серьезный экономический рост», — сказал он.
По его словам, долгосрочная цель — привлечь в Оранию как можно больше африканеров. «Если все африканеры приедут сюда, это станет частью мечты. Мы создадим место, где они смогут принимать решения самостоятельно», - подчеркнул Стридон.
Экономика Орании за последние 5 лет стабильно росла на 10–15 %. В сельском хозяйстве доминирует выращивание пекановых орехов, а в промышленности — производство строительных материалов.
По словам Стридона, у города есть и собственный банк, а с 2004 года в обращении находится местная валюта — «ора». «Тогда мы увидели, что валюта, действующая только в Орании, даёт ряд преимуществ. Во-первых, деньги не покидают экономику города. Во-вторых, вас не попытаются ограбить, потому что валюта за пределами Орании ничего не стоит. Это существенно снижает риски. В-третьих, пока мы торгуем за оры, в банке на счётах лежат ранды, и наша система зарабатывает на процентах», - сказал он.
Флаг Орании выполнен в оранжевом, белом и синем цветах — таких же, как на государственном флаге ЮАР до 1994 года.
«Оранжевый символизирует борьбу за свободу — это общий мотив всех исторических флагов бурских республик. Белый цвет означает наши корни, христианство, мир и чистоту. Синий — наши усилия здесь, в Орании», — объясняет Стридон.
В центре флага — символ "Маленький Великан". «Он закатывает рукава и говорит: никто не придёт, чтобы вас спасти. Вы должны построить своё будущее сами. Это и есть наша философия», — сказал он.
Комментируя действия Дональда Трампа, Стридон отметил, что в южноафриканском законодательстве действует 142 закона, ущемляющих белых и африканеров в пользу чернокожих. «Этот шаг был очень позитивным. Мы понимаем его чувства. Мы довольны тем, что американское правительство отреагировало на проблему изъятия земель без компенсации. Это очень тревожная ситуация. Мы благодарны США за внимание», - отметил он.
Что касается идеи о предоставлении африканерам статуса беженцев, Стридон ответил: «Африканеры — дома в Африке. Мы никуда не принадлежим, кроме как сюда. Мы живём здесь почти 400 лет. У нас есть земля, здесь мы стали нацией, народом, этносом. Мы не намерены уезжать. Если США или кто-либо ещё хочет помочь в вопросах экспроприации, расовых законов, нападений на фермеров — помогите нам здесь. Не обязательно налоговыми долларами. Главное — признание. Сам факт признания африканеров уже был большим шагом. Мы это ценим».
По его словам, от правительства ЮАР они хотели бы услышать: «Африканеры, пожалуйста, оставайтесь. Вы часть этой страны». «Они начали борьбу, создали драму. В двух словах: просто признайте нас. И признавайте наш регион», — добавил он.
