Barış Seçkin
14 Декабрь 2015•Обновить: 14 Декабрь 2015
РИМ
Министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу, принявший участие в международной конференции по ситуации в Ливии в Риме, дал интервью итальянской газете Corriere della Sera.
«Россия и Турция должны восстановить доверительные отношения, которые имели ранее»,- отметил министр.
«Нам нужно понять, что если мы не уничтожим ДАЕШ, то они придут и уничтожат нас. В этом отношении Ливия имеет критическое значение», - подчеркнул глава турецкого внешнеполитического ведомства.
Министр прокомментировал сообщение о новом инциденте с Москвой в Эгейском море, в ходе которого российский военный корабль открыл огонь по турецкому рыболовецкому судну.
«Это было всего лишь наше рыболовецкое судно, мне кажется, что реакция российского военного корабля была преувеличенной. Безусловно, Россия и Турция должны установить отношения доверия, какими они всегда и были. Однако, наше терпение небезгранично», - подчеркнул он.
Чавушоглу подчеркнул, что имевший место 24 ноября инцидент со сбитым российским самолетом, нарушившим турецкое воздушное пространство, не единичный случай.
«Русские и ранее неоднократно получали предупреждения, и мы никогда не хотели бы, чтобы все дошло до этого. Несмотря на инцидент со сбитым российским самолетом и недостойные обвинения в адрес турецкого президента и его семьи, Анкара продолжает следовать по пути диалога. Россия поставила себя в смешное положение, и никто ей не поверил. Я хочу отметить, что мы - единственный член Североатлантического альянса, который до сих пор не поддержал западные санкции против Москвы. И не потому, что мы боимся, а по причине важности для нас дружбы между двумя странами», - сказал он.
Отвечая на вопрос о том, кто выигрывает от контрабанды нефти, получаемой от террористов ДАЕШ, министр иностранных дел Турции сказал: «Анкара получает 25% доходов от нефти и нефтепродуктов. Поэтому, для нас борьба с контрабандой имеет фундаментальное значение. Мы составили список лиц, занимающихся продажей нефти режиму Асада - среди них были и некоторые русские. Не будем забывать, что в октябре 2013 года мы первыми включили ДАЕШ в список террористических организаций», - подчеркнул министр иностранных дел Турции.
«В конце концов, многие страны начали осознавать степень угрозы, исходящей от ДАЕШ. Мы говорили об этом на протяжении многих лет. Чтобы одолеть ДАЕШ, недостаточно воздушных операций, необходимо осуществление наземных операций. К сожалению, Россия находится в Сирии не для того, чтобы вести борьбу против террористов. Данные свидетельствуют о том, что лишь 8% ударов российской авиации направлены против ДАЕШ, в то время как 92% - против туркманов и сил, оппозиционных Асаду». Об этом сказал министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу. При этом он отметил, что международное сообщество стремится одержать победу над терроризмом, однако между Анкарой и Московой существуют расхождения по поводу роли президента Башара Асада в Сирии.
- Ливийский вопрос
«Встречи в Риме были плодотворными, и нам удалось прийти к единогласному решению. Конечно, это только первый шаг, но важно не повторить прошлых ошибок, допущенных в Ираке и Сирии. Здесь присутствуют два момента. Это укрепление демократических структур и подготовка проекта новой конституции», - сказал он, отвечая на вопрос о создании правительства национального единства в Ливии.
«У нас не существует проблем с курдским населением, мы выступаем против террористической группы РКК и ее сирийской ветви PYD. Мы оказали поддержку борьбе, которую курды вели в Кобани. Мы предоставили убежище 200 тысячам сирийцев, а в настоящее время восстанавливаем город. Однако, РКК и PYD хотят расчленить Сирию для того, чтобы создать свою собственную зону. Мы не должны угодить в ловушку. Нет хороших или плохих террористов», - сказал глава МИД, отвечая на вопрос о том, следует ли оказать поддержку курдам, которые сражаются против ДАЕШ.
В интервью газете министр иностранных дел Турции отчетливо изложил точку зрения Анкары по вопросу борьбы с терроризмом, по Сирии и по кризису в отношениях между Турцией и Россией, коснувшись которых он попытался «притушить огонь».
