Во Франции растет недовольство из-за запрета властей на ношение хиджаба спортсменками, входящим в олимпийскую сборную страны, на предстоящих Олимпийских играх в Париже.
Корреспондент «Анадолу» побеседовал на эту тему с французской баскетболисткой мусульманского происхождения Салиматой Силлой, которая также носит хиджаб.
«Очень грустно и унизительно видеть, что мы родились в стране, которая отвергает нас»,-сказала она.
26-летней баскетболистке по прозвищу «Сали» с января запретили участвовать в официальных соревнованиях из-за ношения мусульманского головного покрытия.
По ее словам, она занимается баскетболом с 11-летнего возраста, и запрет участвовать в соревнованиях, в первую очередь в таком грандиозном, как Олимпиада, крайне удручил ее.
«Они (власти – ред.) всегда были против того, чтобы мы выступали», - отмечает Силла.
Во Франции с 1905 года церковь и государство официально разделены. Закон запрещает государственным служащим открыто носить религиозные символы. А с 2004 года действует закон о запрете на ношение символов или одежды религиозной принадлежности в государственных школах, колледжах и средних школах.
В последние годы этот запрет начал распространяться и на спортсменов, что вызвало разногласия в обществе. Многие полагают, что это ограничение лишит женщин из мусульманской общины возможности активного участия в различных сферах общественной жизни, в первую очередь в спорте.
Министр спорта Франции Амели Удеа-Кастера 24 сентября заявила, что представительницы французских делегаций и команд на Олимпийских играх-2024 будет запрещено носить хиджаб.
В Управлении по правам человека ООН подвергли критике данное решение французских властей. «Никто не должен навязывать женщине то, что ей следует носить или не носить. В целом, по мнению Комитета по ликвидации дискриминации в отношении женщин, любое государство-участник конвенции, в данном случае Франция, обязано принять все соответствующие меры для изменения любых социальных или культурных моделей, основанных на идее неполноценности или превосходства обоих полов», – заявила Мария Уртадо, пресс-секретарь Верховного комиссара ООН по правам человека.
